О праве на оказание квалифицированной юридической помощи

В последнее время наше Государство в лице Президента и Министерства юстиции Российской Федерации озабочено реализацией конституционного положения, закрепленного в статье 48 о том, что «Каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно».
В этой связи, 21 ноября 2011 года принят Федеральный закон № 324-ФЗ «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации», а Министерством юстиции РФ подготовлен проект Государственной программы Российской Федерации «Юстиция», в которой развитию адвокатуры и реформированию сферы оказания квалифицированной юридической помощи посвящена подпрограмма «Обеспечение защиты публичных интересов, реализации прав граждан и организаций», которая рассчитана на период 2012-2020 г.г.
На основе этой программы Минюст России намерен подготовить Концепцию, в которой должны быть обозначены пути реализации поставленных задач:
1. Законодательно закрепить положение, в соответствии с которым никто, кроме лиц, имеющих соответствующее юридическое образование и в установленном порядке, допущенных к профессиональной деятельности, не вправе заниматься оказанием юридической помощи на профессиональной основе.
2. Установить, что юристы, занимающихся оказанием юридической помощи, должны действовать на основании единого законодательства, подчиняться единым профессиональным стандартам и нормам профессиональной этики, состоять в одном профессиональном сообществе, действующем на принципах самоуправления.
3. Создать единый рынок профессиональных юридических услуг и обеспечить доступность квалифицированной юридической помощи различным группам населения и хозяйствующим субъектам;
4. Гарантировать гражданам и организациям возможность эффективной реализации своих имущественных и иных законных прав и интересов.
На подготовку и реализацию этой программы за девять лет Российское Государство планирует израсходовать 13.519.297,30 тыс. рублей.
Иными словами, цели и задачи данной программы направлены на выработку единых стандартов реализации конституционной гарантии о праве каждого на квалифицированную юридическую помощь.
В это же самое время в сетях, опубликован проект Федерального закона «Об оказании квалифицированной юридической помощи в Российской Федерации», который откровенно противоречит Федеральному закону «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и концепции вышеприведенной программы. В проекте предлагается наделить адвокатскими полномочиями любое лицо, самостоятельно осуществляющее деятельность по предоставлению на постоянной профессиональной основе юридических услуг на территории Российской Федерации.
Нам хорошо известно, что федеральный законодатель уже сегодня исходя из смыслового содержания и собственного понимания «квалифицированной юридической помощи» определил ее субъектов. Это адвокаты и нотариусы, деятельность которых соответственно регламентирована Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и Основами законодательства Российской Федерации о нотариате, который еще называют институтом бесспорной юрисдикции.
Однако только адвокатов законодатель наделил правом на оказание каждому, то есть всякому гражданину, квалифицированной юридической помощи. При этом в части 1 статьи 1 Федерального Закона об адвокатуре прямо указано следующее: «Адвокатской деятельностью является квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, физическим и юридическим лицам (далее - доверители) в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также обеспечения доступа к правосудию.
2. Адвокатская деятельность не является предпринимательской.
3. Не является адвокатской деятельностью юридическая помощь, оказываемая:
работниками юридических служб юридических лиц (далее - организации), а также работниками органов государственной власти и органов местного самоуправления;
участниками и работниками организаций, оказывающих юридические услуги, а также индивидуальными предпринимателями;
нотариусами, патентными поверенными, за исключением случаев, когда в качестве патентного поверенного выступает адвокат, либо другими лицами, которые законом специально уполномочены
на ведение своей профессиональной деятельности.
4. Действие настоящего Федерального закона не распространяется также на органы и лиц, которые осуществляют представительство в силу закона».
Таким образом, из содержания данной статьи следует, что «квалифицированная юридическая помощь» как конституционная гарантия, предоставляемая каждому гражданину России, является синонимом «адвокатской деятельности». Вся иная юридическая помощь, оказываемая различными субъектами, имеющими юридическое образование по смыслу, содержащемуся в статье 48 Конституции РФ, квалифицированной юридической помощью не является.
Это подтверждается и судебной практикой.
Как указал Конституционный Суд РФ в Постановлении от 28 января 1997 г. N 2-П, "гарантируя право на получение именно квалифицированной юридической помощи, государство должно, во-первых, обеспечить условия, способствующие подготовке квалифицированных юристов для оказания гражданам различных видов юридической помощи, и, во-вторых, установить с этой целью определенные профессиональные и иные квалификационные требования и критерии".
В своем Определении от 5 февраля 2004 г. N 25-О "По жалобе гражданки Ивкиной Валентины Оноприевны на нарушение ее конституционных прав частью первой статьи 45 и статьей 405 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" Конституционный Суд РФ (в абзацах восьмом и девятом пункта 3 мотивировочной части) установил:
"...содержащееся в статье 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации положение о том, что каждому гарантируется получение квалифицированной юридической помощи, означает конституционную обязанность государства обеспечить каждому желающему достаточно высокий уровень любого из видов предоставляемой юридической помощи, но не обязанность потерпевшего и гражданского истца пользоваться помощью только адвоката; в противном случае это нарушало бы также конституционное право, закрепленное статьей 52 Конституции Российской Федерации, в силу которой права потерпевших от преступлений (в том числе признанных гражданскими истцами) подлежат охране законом, а государство обеспечивает им доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба".
Таким образом, часть первая статьи 45 УПК Российской Федерации - в соответствии с ее конституционно-правовым истолкованием - предполагает, что представителем потерпевшего и гражданского истца могут быть адвокаты и иные лица, в том числе близкие родственники, о допуске которых ходатайствует потерпевший или гражданский истец. Соответствующая правовая позиция сформулирована в сохраняющем свою силу Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 5 декабря 2003 года по жалобам граждан Л.Д. Вальдмана, С.М. Григорьева и региональной общественной организации "Объединение вкладчиков "МММ".
В этой связи следует признать, что Конституционный Суд РФ занял жесткую позицию, которая сводится к тому, что представителем потерпевшего и гражданского истца в уголовном процессе могут быть иные - помимо адвокатов - лица (в том числе близкие родственники), о допуске которых ходатайствует потерпевший или гражданский истец.
Кроме того, установление подобных требований согласуется с п. 2 ст. 1 Конвенции МОТ от 25.06.1958 N 111 "Относительно дискриминации в области труда и занятий", согласно которому различия, исключения или предпочтения в области труда и занятий, основанные на специфических (квалификационных) требованиях, связанных с определенной работой, не считаются дискриминацией.

В заключение хотелось бы еще раз обратить внимание на следующие обстоятельства.
Конституционный Суд РФ неоднократно указывал на то, что государство, гарантируя право на получение квалифицированной юридической помощи, должно установить определенные профессиональные и иные квалификационные требования и критерии в отношении лиц, оказывающих юридическую помощь (см., например, пункт 3 мотивировочной части Определения от 8 ноября 2005 г. N 439-О или Определение Конституционного Суда РФ от 6 марта 2008 г. N 428-О-П).
Как следует из рассмотренной выше позиции, занятой Конституционным Судом Российской Федерации, оказание квалифицированной юридической сводится к помощи адвоката (защитника) задержанному, заключенному под стражу, обвиняемому (подсудимому, осужденному) в совершении преступления.
В этой связи, очевидно, что законодателю надлежит установить соответствующие требования и критерии и в отношении иных лиц, оказывающих юридическую помощь по доверенности (ст. 25.5 КоАП РФ, ст.ст. 59-63 АПК РФ, ст.ст. 48, 51, 53, 54 ГПК РФ, ст.ст. 42, 44, 45, 54, 55 УПК РФ).
По всей вероятности, Государственная программа «Юстиция» направлена на решение данной проблемы, поскольку для большого числа лиц, оказывающих юридическую помощь, но не являющихся адвокатами или нотариусами, государством не установлено никаких профессиональных квалификационных требований.
Вместе с тем, по нашему мнению, разработка соответствующего пакета законопроектов, учитывающего позицию Конституционного Суда РФ, вполне возможна, и такая задача, несмотря на ее сложность, не является неразрешимой даже с учетом того, что конституционная гарантия о праве каждого на квалифицированную юридическую помощь реализуется только посредством осуществления адвокатской деятельности.

Александр Михайлович Траспов,
адвокат, адвокатская палата Ставропольского края, кандидат юридических наук

 

Наш журнал

Свежий номер журнала

Голосование

Вы читаете "Вестник АПСК"




Результаты голосования